+ 1000
Вход
регистрация
+ 1000
Вход
регистрация
Реклама
Интервью

Интервью для журнала HELLO. Январь, 2009

Интервью для журнала HELLO. Январь, 2009
2
Едим Дома
Едим Дома
24 января 2009

Расскажите о ваших семейных традициях, связанных с Новым годом.

Юля. У нас есть, пожалуй, две традиции. Во-первых, где бы мы ни встречали Новый год, мы всегда стараемся нарядить елку здесь, на Николиной горе. А во-вторых, мы всегда возим с собой ботинки Петра Петровича Кончаловского – дедушки Андрея Сергеевича. Муж всегда встречает Новый год в этих ботинках, которым 120 лет. Он их отреставрировал в Париже, но так-то их носить странно, потому что они могут развалиться, а в Новый год он ощущает какую-то материальную принадлежность к своим корням.

Интервью для журнала HELLO. Январь, 2009

Андрей Сергеевич. Меня очень трогает эта Юлина забота – она никогда не забывает дедушкины ботинки, если мы куда-то летим.

А в этом году вы где будете отмечать?

Андрей Сергеевич. Мы поедем в Италию, в наш дом в Тоскане, который мы строили три года. Там, конечно, снега не будет, но все равно будет очень здорово – туманы, холод…

Юля. Мы не планировали, но так сложилось в последний момент – и я очень рада, я мечтала встретить Новый год в Италии. К нам приедут дети Андрея Сергеевича, Лена приедет, Наташа не сможет, к сожалению, хотя мы ее очень ждали и звали. Но, естественно, 17 лет – какой там домашний Новый год (Смеется). Еще будут наши итальянские друзья, наша любимая подруга Муза из Парижа, моя сестра с мужем. В общем, соберется большая компания. Мы будем очень мало есть: я приготовлю перепелок в трюфельном соусе, какие-нибудь овощи и торт из мороженого. Зато будем пить много шампанского. Мы раскопали гениальное шампанское, которое никто не знает, называется Henry Giraud. Мы его случайно попробовали летом – оказалось, это фантастическая вещь, и мы им забили погреб.

Вы новогоднюю ночь всегда проводите в семейном кругу или, бывает, едете в гости?

Андрей Сергеевич. Раньше, много лет назад, у меня Новый год начинался дома, с мамой, а потом уже все расползались. Никита (Никита Михалков, брат Андрея Сергеевича – Ред.) отправлялся куда-то с мальчишками, а я ехал в Дом кино, потом в гости, и так мы до утра путешествовали. Мы с Никитой даже ложились спать в семь вечера и вставали в 11, чтобы потом гулять до шести. А сейчас мне это уже не нужно. Во-первых, хочется лечь пораньше, чтобы встать утром со свежей головой, а во-вторых, желание выходить из дома в новогоднюю ночь и с кем-то общаться пропало. Наверное, это возраст… Хотя дважды мы с Юлей встретили Новый год на улице. Первый раз – в Венеции, в гондоле. Было шампанское для нас и бутылка для гондольера, он пил шампузю и пел (Смеется). И когда мы плыли по каналу, окна везде были открыты, и даже без часов было ясно, когда пробило 12. А второй раз это было в Италии, в горах. Мы взяли бутылку шампанского и пошли вниз с горы. И пока шли, случился Новый год.

Интервью для журнала HELLO. Январь, 2009

А в детстве вы, наверное, с салатом «оливье» праздник отмечали, как положено?

Юля. Я-то выросла на юге, а там немножко другие традиции. Мы делали утку с яблоками, соленые арбузы у нас на столе были обязательно, моченые яблоки, мамин наполеон, чернослив со сметаной и с орехами – все такое более восточное. Еще мама делала печеночный рулет фантастический, с яйцом внутри: его режешь, и в каждом кусочке яичко круглое. Мне казалось, что это очень здорово она придумала. (Смеется) Бабушка варила холодец из молодого поросенка, и потом начинала перебирать косточки, а я сидела с ней часов до двух утра – не могла оторваться от этих косточек и хрящиков. Это было ужасно вкусно.

Андрей Сергеевич. А моя мама все свои фирменные блюда готовила: пирожки, кулебяки, пирог с капустой, крабы запеченные, которых было тогда навалом. Большой салат вроде оливье тоже был. Это все происходило в этом самом доме, где мы сейчас с вами находимся… И постоянно случались какие-то забавные истории в новогоднюю ночь. Как-то пожар начался прямо за столом: вспыхнул абажур, потом от него какие-то сухие цветы загорелись, скатерть – еле потушили. Но мы решили, что это хорошая примета. Главное ведь, как решить. А однажды, я помню, я опаздывал, несся на машине и вдруг смотрю, на шоссе стоит Никита – у него жигули сломались. Он абсолютно точно бы опоздал, если бы я в тот момент не ехал мимо. Мы вытащили ремни из брюк, связали их, сцепили машины, и я его дотащил. Причем мороз был градусов 25 – кошмар. И у него даже смазка в машине замерзла – надо было колеса раскручивать. В общем, мы влетели в дом, когда уже били куранты. Но главное, успели. (Смеется)

Интервью для журнала HELLO. Январь, 2009

У Маши и Пети, получается, нет никаких стереотипов, связанных с Новым годом? Вы же то в теплые страны уезжаете, то еще куда-нибудь. Какой уж там оливье…

Юля. Почему же – стереотипы есть. Новый год – это шампанское, это бумажки, на которых надо написать желание, сжечь их, пепел высыпать в бокал и выпить. Потом, опять же, папины ботинки: все переживают, взяла ли мама папины ботинки. И еще дети долго не спят в новогоднюю ночь. Иногда бывает, что мы с мужем прилетаем поздно откуда-то и, если долго детей не видели, мы их будим. И Маша говорит: «Как будто Новый год!» (Смеется)

А подарки они где находят, если елки нет, например?

Юля. Ну, если мы где-то в отеле, то возле кровати. Но в этот раз елка обязательно будет: я в Италию отправила уже две коробки елочных игрушек.

В Деда Мороза Маша и Петя верят?

Юля. Не знаю, надо у них спросить. (Смеется) Я, для того, чтобы не врать и не создавать какого-то ненужного ажиотажа по поводу подарков, тему Деда Мороза особенно не продвигаю.

Андрей Сергеевич. Нам вообще кажется, что дети сейчас развращены подарками: все время кто-то что-то дарит в огромных количествах. И дети несчастны от этого, я считаю, потому что подарки обесценились. Потому что когда ничего нет, одна игрушка может заменить целый мир. У меня в детстве была сабля деревянная, сделанная столяром, и ружье такое же. И все. Я, конечно, завидовал другим детям, у которых что-то получше было. Помню, у Васи Ливанова (актер Василий Ливанов – Ред.) были машинки, ему папа привез из-за границы. У этих машинок дверцы открывались, колеса крутились… Я просто умирал от зависти. А потом, 40 лет спустя, я купил большой американский автомобиль. И Вася шел по «Мосфильму», увидел и говорит: “Ты завидовал моим машинкам, а я теперь твоей завидую!” (Смеется)

Интервью для журнала HELLO. Январь, 2009

А вы сами верили когда-нибудь в Деда Мороза?

Андрей Сергеевич. Мое детство пришлось на военное и послевоенное время, так что было не до сказок. Я помню одну из первых елок в Колонном зале, году, наверное, в 48-м. Мне уже лет 11 исполнилось к тому времени. Это была сталинская елка, все очень солидно было: Дед Мороз, Снегурочка, пакеты с шоколадными конфетами, бубликами и мандаринами – все, как положено. Там я увидел одну из самых красивых женщин – она была еще девушкой тогда. Актриса Эльза Лиждей. До этого я никогда не видел такой красоты. Она там просто ходила в матросском костюме. Я увидел ее, и мое сердце рухнуло. (Смеется)

Получается, с елкой у каждого человека связаны самые разные, но как правило, замечательные воспоминания…

Андрей Сергеевич. Елка всегда порождает какие-то реминисценции, ностальгию по своему собственному детству… Если оно было, это детство. Я думаю, что если у человека была елка в детстве, он уже может считать себя счастливым в каком-то смысле. Сейчас, конечно, уходит традиция большой семьи – к сожалению, она становится слишком громоздкой. Но до сих пор Новый год остается самым семейным праздником. И дай Бог, чтобы было как можно больше Новых годов.

Интервью для журнала HELLO. Январь, 2009

Теги поста
рейтинг статьи
Рассказать друзьям
Комментариев пока нет. Будьте первым
Ed4 square50
Отправить
Вам будет интересно